Наука vs. Мракобесия. Если ли правильное мировоззрение
Ответить
Аватара пользователя
Мишин
Участник
Баланс:2544
 
Сообщения: 165
Регистрация: 02.12.2019

Потребительское общество и два правила цивилизации

Мишин » 11.04.2022 17:27

+
0
-
Чтобы было понятнее: вот огонь. Он и в печке огонь, и на пожаре огонь. Есть ли принципиальная разница между огнём, который греет, и огнём, который сжигает? Да. Она – в ограничительных рамках. Обогревающий огонь не покидает пределов печи. И пока он горит там, он – оставаясь огнём – остаётся социальным благом, одним из величайших достижений человеческой цивилизации. С ним жить тепло, кушать вкусно, и т.п.

Значит – огонь это благо? И вот некто, следуя этой плоской линейной логике, решил распространить огонь за пределы печки. Пусть везде будет огонь, раз он благо и достижение, чем больше огня, тем лучше! Что получится?

Теперь вместо слова «огонь» поставьте слово «личное потребление». Разумеется, комфортный быт – великое достижение цивилизации, с которым мы не хотим, да уже и не сможем расстаться. Мы не хотим – да и не сможем жить первобытными собирателями или в условиях натурального хозяйства, когда кушаешь только то, что сам вырастил.
Огромное множество людей в рамках разделения труда и производственной кооперации, с помощью научно-технического прогресса работает на нас, умножая наши бытовые удобства. Мы очень ценим эти бытовые удобства. Многие из нас её помнят, как лично они из деревенских изб перебрались в квартиры с центральным отоплением и прочими потребительскими благами, многие лично помнят – как от выращивания картошки перешли (лично и персонально) к куда более удобному и лёгкому способу её получения: покупке в овощном магазине.

Цивилизация, сколь бы традиционной, сколь бы строгой в нравственном смысле она ни была – не отрицает, да и не может отрицать бытового комфорта человека. Не надо думать, что культурный потребитель – «враг народа»! Культурный потребитель – и продукт, и цель развития науки и техники, культуры быта. Ему должно быть хорошо, и с годами лучше…

В чём же подвох?

Где и когда потребительское общество совершило, как в фильмах ужасов, «поворот не туда»?

+++

Предположим, что лично у вас есть два способа получить материальные блага. Один нравственный, другой безнравственный, но оба по затратам примерно равны. Можно сделать хороший, созидательный поступок – и получить за это рубль. А можно сделать плохой, подлый – и тоже за это получишь рубль.

В данной ситуации, по сути-то, долго выбирать не приходится! Зачем делать плохое и гадкое, если за хорошее и похвальное платят столько же?! Всякий (кроме совсем уж психопатов) сделает очевидный выбор…

А теперь усложним ситуацию.

Предположим, что доходность доброго дела значительно ниже, чем у злого. То есть за похвальное поведение получишь рубль, а за подлость и подставу ближнего, за мошенничество и разбой – все десять. А то и сто.

Вот эта модельная ситуация и раскрывает для нас принципиальное отличие культурного потребителя от потребляди.

Потому что встанет вопрос, что важнее: норма поведения или количество благ?

Вся цивилизация возникла из САКРАЛИЗАЦИИ и ТАБУИРОВАНИЯ – то есть человек в ней не просто искал хлеб и колбасу (да побольше) – а искал их только строго оговоренными способами.
При этом не переставая желать колбасу, и побольше её желать не переставая – но в разрешённом сакральным культом пространстве. Не выходя за пределы разрешённых способов добычи материальных благ.

Совсем уж грубо, средневеково говоря (чтобы понятнее было): есть человек, который хочет колбасу и верит в Бога.

Если способ получения колбасы не противоречит вере, то человек её берёт радостно и с удовольствием. И кушает с аппетитом. Нельзя сказать, что он «отрекается от колбасы», «проклинает её», отвергает – это было бы изуверством религиозного толка (а таких много, как, впрочем, и атеистических изуверств).

Нормальный цивилизованный человек не отрицает колбасы, как вкусного и полезного продукта, потребляет её с удовольствием. Но для него, в отличие от дикаря и животного, что и делает его цивилизованным человеком – важна не только колбаса, но и способы её получения.

Получение колбасы не должно входить в конфликт с его верой.
Если колбасу предлагают за дела, которые вера не запрещает – то колбасу берут с радостью и охотно.

Но если колбасу предлагают за нечто запрещённое, греховное, то…

Ну, вы поняли.

Мне нужно пересечь болото, но я это сделаю там, где брод, и не полезу в трясину.

+++

А дальше происходит КРИЗИС ЦИВИЛИЗАЦИИ наших дней. Начинается он в ХХ веке, и символом его (по крайней мере, в СССР) является эта самая колбаса.

Человек (тут и КПСС изрядно постаралась, со своим казённым атеизмом и дарвинизмом) – колбасы-то по-прежнему хочет, а верой ослаб. Что из этого получится? Говоря научным языком, РАСТАБУИРОВАНИЕ ранее запрещённых, ранее перекрытых путей к материальным благам.
Если материальные блага личного потребления мы называем «благами», то и ВСЯКИЙ путь к ним – благо. И остаётся только один вопрос: а какой из множества путей самый короткий, быстрый, удобный?

Мы возлюбили огонь – за тепло в доме, за шашлыки – и в этой безумной своей любви к огню вытащили его из печки, стали сеять языки пламени вокруг себя. Чтобы ещё теплее, чтобы ещё больше шашлыков…
Суть цивилизации в том, что век от века (а в хорошие эпохи и год от года) она даёт человеку всё больше материальных благ. Наука и техника, развиваясь, делают бездомного домовладельцем. Голодного сытым, нагого – одетым, меняют ватник на норковую шубу, и т.п. И всё это правда, и этого нельзя отменить, не убив дух прогресса, не убив человечность в цивилизации, суть которой: раз мы любим людей, то люди должны жить всё лучше и лучше.

И вот в этом месте я, как теоретик цивилизации, хочу подчеркнуть связь стеблей и веток научно-технического прогресса с корневой системой, питающей его. Если наука не отрывается от породившей её (для решения практических задач культа, защиты и благоустройства храмовых хозяйств) религией, то:

-Растущий объём материальных благ не прерывает своей связи с нравственным путём их получения.
Если мы можем удвоить потребление мяса или жилплощадь, не нарушая нравственных рамок – то мы это сделаем. Причём это наш долг, как цивилизованных людей.

Но если при этом мы можем учетверить, удесятерить потребление особей – с нарушением нравственных рамок – то мы от этого откажемся, или мы не цивилизованные люди.

Да, мы хотим колбасы, и побольше – но из человечины мы колбасу делать не будем!

Или будем?

Тут и выползает из потребителя потреблядь, которая говорит: да не важно из чего, главное, чтобы побольше…

Наука – инструмент, как и нож. Если нож утратит связь с нравственностью обладателя – то он превратится в орудие убийства и чудовищного насилия. Не потому, что нож плохой. О науке и технике можно сказать то же самое.

+++

Марксизм приписывал полную аномию капиталу за 300% прибыли (нет такого преступления, на которое не пошёл бы капитал ради…). Но капитал – это же неодушевлённый предмет.

Это, например, парк станков, или помещение, или сумма денег, на которые можно купить станки и цех. Сам по себе капитал никуда не пойдёт, и никаких преступлений не совершит.

Приписывать капиталу коварные планы – первобытный анимизм, магическое оживление неодушевлённого предмета.

А видеть в капиталовложениях зло – это экономическое изуверство. На всё пойдёт ради 300% прибыли вовсе не капитал (нет ног у станка!) – а человек, разорвавший связь науки с религией. Это когда он ещё умеет вести расчёты, но от внутренней нравственной экспертизы уже избавился. «Я вам не дикарь, чтобы какие-то табу соблюдать!».

Именно дикарь. Если не соблюдаешь табу – то дикарь. А если соблюдаешь – то цивилизованный человек. Оба с удовольствием кушают мясо, но для цивилизованного человечина – табу и харам, а для дикаря – не хуже свинины.
Для чего создана наука, технические средства?

Человек традиционного общества ответит без запинки: для обслуживания священных ценностей и наших идеалов!

Это так очевидно для нравственно-вменяемого человека, что… редко даже проговаривается.

У нас есть культ, в рамках этого культа у нас есть идеалы, чтобы их достигнуть на практике – мы делаем инструменты. Мы не делаем инструменты ради инструментов, понимаете?

В том числе и потребление мы улучшаем с целью спасения души. В Православии есть такое определение свободы: «свобода – это свобода от греха». Причём имеется в виду не только внутренняя свобода от бесовских соблазнов, но и свобода потребителя, лишённого необходимости воровать от нищеты, голода и т.п.

Если мы обеспечим человеку достаток – то он не будет принуждаем жизнью ко греху. Нужда не погонит его грешить, и даже если он будет грешить – то по собственному выбору, а не в рамках неизбежности.

Цивилизованному человеку достаток нужен для этого – а не сам по себе.

Материальное подчиняется идеальному – иначе никакой цивилизации.
И свобода нам нужна не сам по себе – а только как свобода от греха.

Потому что сама по себе, отвязавшись от догматического ядра и сакралий – индивидуальная свобода породит безумцев, каннибалов, извергов и изуверов.
Да, нам нужен огонь – но только в печи.

Чтобы огонь нам служил - а не мы в пламени сгорели.

+++

Это ставит вопрос о «нормативном» и «ненормативном» заработке (по аналогии с нормативной лексикой и ненормативным матом). Если заработок нормативный, то есть внутри сакральной нормы – то мы радуемся его росту, печалимся его падению, исходим из той очевидности, что побольше денег лучше, чем поменьше, и т.п.

Но если мы абсолютизируем эту очевидность, выведя её в ненормативное пространство, то…

Получим тот кошмар, который уже и получаем.

Ненормативный заработок начинает убивать окружающих.

Не потому, что он хочет убивать – а потому что «нет такого преступления, на которое… ради 300% прибыли» - и речь не о капитале, а о распалённой и ненормированной алчности.
Разумеется, ненормативным доходам (у сатанистов исчисляющихся миллиардами долларов) убийства сами по себе не нужны (нужны ли они сатанистам – другой вопрос). Ненормативным доходам нужен рост. Когда этот рост упирается в необходимость изуверства для своего повышения – изуверство включается, и всё.

Начиная с вполне естественного и ничуть не порочного стремления человека жить лучше, комфортнее, цивильнее, иметь в шкафу 10 костюмов вместо одного-единственного, ненормативный доход приводит человека в состояние чудовища, монстра, серийного убийцы. Шаг за шагом, подбирая на каждом шагу иудины сребреники – человек уходит в АНОМИЮ, и в итоге становится сам безумным, и мир вокруг него – сумасшедшим домом. Сделай вот это – и у тебя будет ещё больше материальных благ… А потом вот это – и ещё больше…

Хищник, вооружённый современной наукой – страшнее первородного хищника. Наука – инструмент, который просчитывает ему самые выгодные варианты «вложений», удалив и устранив табуирование запретных дорог и проклятых дверей.
Мы начинали с того, что хотели больше колбасы.

Мы заканчиваем тем, что убиваем друг друга, используя всю мощь технического гения цивилизации, уже не дубинами, а танками и сверхзвуковыми ракетами.

Мы занимаемся этим взаимным убийством там, где ещё на нашей памяти, недавно – была единая страна с миролюбивым народом, на референдуме проголосовавшем за единство, и всего-то хотевшим колбасы побольше…

Почему так?

Ответ в двух словах: «сверхдоходы суперкорпораций». Им всё время мало – а чтобы взять больше, они лезут во все стороны, как раковые опухоли, выдавливают всё иное, кроме себя.

Отсюда два правила цивилизации:

1) С развитием науки и техники индивидуальное потребление должно возрастать в рамках поведенческой нормы.
2) Возрастать оно должно только в рамках поведенческой нормы, и никак иначе!

Когда человек растёт – растёт его клеточная масса, и это нормально.

Когда растёт раковая опухоль – её клеточная масса тоже растёт, но это смерть.

Вот главное, что мы должны понять.

Или завтра немногие выжившие встретят рассвет в пещерах…

А. Леонидов
https://cont.ws/@vixin76/2259814
Поделиться:

Ответить    ПОМОЩЬ по форуму!